Ссылки

Фонд Питирима Сорокина Социологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова Геополитика Арктогея Русская Вещь Евразийское движение


ЦКИ в Твиттере ЦКИ в Живом Журнале 
Ислам в Западном мире Версия для печати Отправить на e-mail
13.06.2012
Предлагаем вниманию читателей портала Центра консервативных исследований курсовую работу студентки кафедры социологии международных отношений социологического факультета МГУ имени М.В. Ломоносова Голдман А.З. на тему "Ислам в Западном мире".

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ им.  М.В. ЛОМОНОСОВА
СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ФАКУЛЬТЕТ

Кафедра международных отношений

Курсовая работа на тему:
«Ислам в Западном мире».

Выполнила:
Студентка 3 курса очного отделения
Социологического факультета
Голдман Анна Зарифа
 
Научный руководитель:
Дугин Александр Гельевич


Содержание

Введение 3
 
1. Соотношение ислама и западных либеральных ценностей 5
1.1. Отличия западной и исламской демократии 5
1.2. Уровень восприятия западных ценностей в исламском обществе 8
 
2. Место Ислама в Западном мире 11
2.1. Распространение ислама в Западном мире на современном этапе 11
2.2. Культурные и социальные основания для распространения ислама в Западном мире 14
2.3. Пути интеграции ислама в Западный мир 19
 
Заключение 25
Список литературы 27
 
Введение 
 
За последние годы практически во всех крупных европейских странах возросло внимание к жизни мусульманских общин и влиянию ислама на их территории. К сожалению, такой интерес зачастую продиктован соображениями безопасности, поскольку многим исламским религиозным учреждениям вменяется в вину (порой не без оснований) связь с террористическими организациями.
 
Актуальность исследования взаимоотношений исламской и западной культур объясняется нарастающим напряжением между ними. Политикам и обществу длительное время не удается найти оптимальные модели интеграции исламской культуры в западные традиции. Сегодня в мире насчитывается более 1 миллиарда мусульман. Они составляют большинство населения в 48 странах. В настоящее время, в результате «волн» массовой иммиграции, прежде всего, из стран бывшего «третьего мира» в Северной Америке и в Западной Европе все в большей степени формируются полиэтнические и мультикультурные общества. Заметную роль в этих мульткультурных обществах играет мусульманская община, численность которой  влияние с каждым годом нарастают. В результате  происходит столкновение западной культурной традиции (христианской) и исламской культуры, что часто порождает проблемы (национальные, конфессиональные, культурные, социальные).
 
На Западе к исламу подходят почти исключительно с точки зрения теории «столкновения цивилизаций» С. Хантингтона, видя в нем врага – настоящего или будущего. В рамках этой концепции нет никаких различий между исламской республикой в Иране и террористической деятельностью «Аль-Каиды». Все эти явления рассматриваются как составляющие «цивилизационного вызова» или «идеологической угрозы» западной цивилизации, построенной, как она утверждает, на уважении принципов либеральной демократии и рыночной экономики. Если в период «холодной войны» врагом «свободного мира» считался коммунизм, то теперь эта роль все больше закрепляется за политическим исламом или даже за исламским миром в целом. Можно привести в качестве примера известный короткометражный документальный фильм «Фитна» (Смута, Fitna; Нидерланды, 2008) голландского правого политика Геерта Вилдерса. Этот фильм, призван объяснить среднему европейскому обывателю, что мусульмане совершают множество злодеяний, оправданных их священной книгой – Кораном. Если речь идет об исламе, западный мир позволяет производить и распространять любые оскарбительные высказывания (можно вспомнить публикацию карикатур на пророка Мухаммеда в датской прессе). Еще один пример антиисламской публицистики – книга итальянской журналистки О. Фалаччи «Ярость и гордость» (безусловно, сюда относится и книга россиянки Е. Чудиновой «Мечеть Нотр-Дам: 2048 год»). С. Хантингтон усматривает в натиске исламской цивилизации на Европу главную опасность XXI века[1]. Эксперты констатирует, что Запад панически боится всего исламского. В 90-е годы широкое распространение получает термин «евроислам» и «евроисламизация», как угрозы западной культуре и образу жизни[2].
 
Все это говорит о глубоком кризисе во взаимоотношениях ислама и Запада, за десятилетия контактов сторонам так и не удалось найти возможности для сближения позиций, а в результате страдают простые обыватели, как носители западной традиции, так и мусульмане. Подобная агрессия ведет к ответным действиям со стороны мусульман – экстремизм, терроризм.
 
Россия не может пойти по западному пути отношения к исламу, так как для России ислам не является чем-то чуждым ни в сфере культуры, ни в иных областях жизни. Россия исторически сложилась как многоконфессиональная страна с преобладанием православия и значительным исламским меньшинством. На территории исторической России проживали не только мусульмане Поволжья и Северного Кавказа, но и мусульмане нынешней Центральной Азии. Российские мусульмане живут не в компактных анклавах; они перемешаны с немусульманским населением; нередки смешанные браки. В России сложилась евразийская цивилизация, где религии не сталкиваются по западному образцу, а мирно сосуществуют, ведут диалог и обогащают друг друга. Поэтому важно изучать как успешный, так и неудачный западный опыт взаимодействия с Исламом, сто бы избежать повторения ошибок в России.
 
Целью работы является изучение специфики современного распространения ислама в Западном мире и особенностей их взаимодействия.
 
В работе решались следующие задачи:
1. Проанализировать соотношение ценностей ислама с западными либеральными ценностями.
2. Рассмотреть особенности распространения ислама в Западном мире, как объективной тенденции.
3. Определить проблемы взаимоотношения ислама и западного общества и обозначить пути их решения.
 
Объект исследования – современное положение ислама в Западном мире, проблемы взаимодействия на разных уровнях.
Предмет исследования – основные компоненты исламской культуры в Западной мире, как социальный и политический феномен.
 
Основными методами исследования являются: структурно-функциональный, сравнительный и системный анализ, также использовались традиционные методы научного исследования – синтез, абстрагирование, обобщение.
 
Работа состоит из введения, двух глав с подпунктами и заключения. В первой главе рассматриваются основы мировоззрения и ценности Исламской цивилизации. В главе анализируется соотношение исламских и западных ценностей, оценивается возможность усвоение ключевых либеральных ценностей (демократия и свободы) Исламским миром. Во второй главе анализируется современное место и роль Ислама в Западной цивилизации (на примере, ЕС и Северной Америки), определяются проблемы их взаимоотношений и направления решения.
 

1. Соотношение ислама и западных либеральных ценностей
1.1. Отличия западной и исламской демократии
 
В науке нет единого мнения по поводу соотношения ислама и западных ценностей. Вопреки распространенной идеи о невозможности сочетания западных идеалов с исламской традицией[3], некоторые специалисты с этим не соглашаются.
 
Обратимся к мнению специалистов по проблемам ислама – профессора Джорджтаунского Университета Джона Л. Эспозито и его коллеги Джона Вола. В своих трудах они затрагивают вопросы, касающиеся достаточно сложных отношений Ислама и западных ценностей. Так, авторы прослеживают взаимосвязь между исламом и демократией, указывая на достаточную совместимость между ними, отмечая, что эти взаимоотношения в современном мире являются достаточно сложными. «Мусульманский мир в идеологическом отношении нельзя назвать монолитным. Он вмещает в себя широкий спектр взглядов и мнений – от экстремистских, исключающих какую-либо связь между Исламом и демократией, до утверждений о том, что Ислам предписывает установление демократической системы управления»[4].
 
Другой американский специалист Ноел Сулливан отмечает, что ислам вовсе не самое главное препятствие на пути мусульманских стран к демократии. Истинными проблемами являются не религия или культура, а господство военных, нищета и слабость частного сектора. ислам «ни помогает, ни препятствует» становлению демократии. Многие идеи ислама скорее поддерживают демократию, чем препятствуют ей. В качестве примера часто называется понятие «байа» (присяга), которое «означает поддержку лидеру и полное согласие с ним. Но также и отмену клятвы, если лидер не действует на благо общества»[5]. Во многом развитие демократии в мусульманском мире сдерживается огромной властью военных. В ХIХ и нач. ХХ  века колониальные державы произвольно устанавливали границы стран, не принимая во внимание деление на религиозные или этнические группы, тем самым обеспечив возросшую значимость и численность армий в условиях пограничных конфликтов.
 
Во время Холодной войны западные правительства поощряли восстания исламских боевиков, используя ислам как объединяющий лозунг против атеистического коммунизма, тем самым, помогая создать еще один источник конфликта, указывается в исследовании. Поддержка Запада и СССР авторитарным правительствам, поддерживающим ту или иную сторону, также «привела к усилению государства за счет общества»[6].
 
Сегодня богатые ресурсы мусульманских стран, прежде всего, нефть, «еще больше повышают ценность стабильности» по сравнению с демократическими реформами, которые могут оказаться провальными. Страх, что демократические выборы могут привести к власти исламистские правительства, - одна из причин, по которой западные страны поддерживают статус-кво. Правительства многих мусульманских стран остаются в стороне от общества, которым они управляют через прибыль от нефти. Они исповедуют принцип «никакой представительской власти без налогов» и, поскольку налоги население платит небольшие, «не чувствуют себя обязанными идти на какие-либо политические уступки»[7].
 
Но господство военных наряду с другими факторами сдерживает и экономическое развитие мусульманского мира. Согласно ООН, семнадцать мусульманских стран считаются наименее развитыми государствами. Широкое распространение нищеты, безграмотность, плохое здоровье и огромная разница в доходах мешают демократизации и модернизации большинству этих стран. Хотя в развивающихся странах правительства должны сделать первый шаг для создания частной инфраструктуры, в мусульманских странах они не прекратили вмешательство в экономику и не позволили развиваться частному сектору. Уменьшение роли государства в экономике напрямую поможет попыткам демократизации.
 
Дэниэл Брумберг старший научный сотрудник проекта «Демократия и правовое государство» Фонда Карнеги за международный мир, считал, что у исламских стран есть опыт принятия западных ценностей. «Некоторые мусульманские государства, например, Египет, уже несколько десятилетий живут в условиях «либеральной автократии», что подразумевает проведение некоторых реформ при сохранении авторитарного государства»[8].
 
По мнению российского исследователя Почты Ю.М., препятствует распространению западных ценностей в исламской культуре религиозный фундаментализм, который сходен с постмодернизмом. «Оба они обращаются к малым социальным группам и ориентируются не на рациональность, а на иррациональность. Их опорой является не универсальное, а локальное. Оба эти феномена обращаются к архаичным структурам, и в них, соответственно, доминирует коллективное бессознательное над индивидуальным сознанием. В этом аспекте сходятся две крайности, взаимно провоцируя друг друга. Проблемы, с которыми сталкивается человечество в эпоху постиндустриального общества, требуют увеличения роли разума, однако постмодернизм и противостоящий ему фундаментализм отводят разуму все меньше места».[9]
 
Многие российские ученые отмечают, что критика со стороны мусульман адресована не демократии как таковой. «В исламе всегда выбирали, процедура выборов – это характерная черта исламской цивилизации. Когда мусульмане критикуют демократию, они всегда говорят «западная» демократия»[10]. Принципиальным отличием «западной» демократии от «исламской» является то, что, во-первых, западная демократическая модель «построена на принципе раскола», что хорошо видно на примере Ирака, Ливии и Сирии. С точки зрения же ислама, «общество должно быть едино». «Выборы, проводимые для того, чтобы разодрать общество, отвергаются исламом»[11]. «Во-вторых, западные демократии построены по принципу стихийного определения ценностных ориентаций. Если что-то признано большинством ценностью на данный момент, на это направляются все усилия данного социума»[12].
 
В некоторых работах отмечается, что основной момент, отделяющий ислам от демократии является  понятие «суверенитет». Суверенитет немусульмане отнесли к народу; появление суверенитета народа стало закономерным итогом всевластия церкви в Европе. Поэтому он был связан с отделением религии от государства и наделил человека, а не Бога законодательной властью. Из этой концепции взяла свое начало демократическая форма правления, при которой умма была законодателем, источником права и власти. Мусульмане же, призывающие к хакимийи Аллаха в общественно-политических и экономических вопросах, провозглашают разрушение демократической системы, поскольку демократия наделяет властью народ, а система хакимийи – Аллаха. Однако демократия как форма политического строя наделяет народ правом избирать хакима, контролировать и привлекать его к ответственности. И в этом она не противоречит исламу, напротив ислам закрепил эти права, когда Европа пребывала во тьме средневековья. Ислам отличается от демократии тем, что последняя берет свое начало в теории народного суверенитета и проявляется в абсолютном праве народа на законодательную власть, реализуемую посредством парламентского большинства, которое вправе разрешать харам и запрещать халяль, подобно тому, как в Европе демократия узаконила прелюбодеяние и сексуальные извращения. Между тем под хакимийей Аллаха в исламе имеется в виду, что хаким (правитель) обязан следовать шариату и только в этом смысле она отличается от демократии. Исламская форма правления к тому же не единственная, которая ограничивает людей в вопросах законодательства. Демократическая система многих стран накладывает определенные ограничения на законотворческую деятельность парламента. Эти ограничения не противоречат принципу суверенитета и свободы народа. Дух ислама – это соблюдение принципа «народ – источник власти», дающей возможность законодателю издавать законы по своему усмотрению. Соблюдение шариата является средством для сакрализации власти. Законодательная власть народа предоставила бы возможность хакиму отклонится от шариата: парламентарии, которых некоторые правители проводят в законодательные органы, принимают нужные власти законы, поскольку не существует сдержек и ограничений в отношении законов, исходящих от законодателей, которые таким образом претендуют на обладание священным божественным правом[13].
 
Связь законодательной власти с Кораном и Сунной несет в себе больше пользы для людей, ибо эти два источника общеизвестны и не дают повода для сакрализации власти правителя. Напротив исламское законодательство отличается от законодательств, установленных человеком, тем, что оно лишает хакима всякой святости, божьего помазанья и неограниченной власти, делая его подобным другим людям. Кроме того, мусульманин пребывает в твердом убеждении, что хукм (решение) Аллаха более совершенно в этой жизни и избавляет от наказания в будущем[14].
 
Таким образом, проблема восприятия исламом западных либеральных ценностей, как основа интеграции мусульман в Западный мир, объясняется неверным толкованием ключевых положений ислама в западной традиции. В исламе заложен потенциал для восприятия западных ценностей, однако, прямое копирование опыта стран Европы или Америке не возможно. Необходима, гибкая форма взаимодействия западных ценностей исламом, с учетом исламской традиции и истории. Рассмотренный материал позволяет сделать вывод, что существуют возможности для принятия основных западных ценностей исламским миром.

1.2. Уровень восприятия западных ценностей в исламском обществе
 
У мусульман существует своя иерархия ценностей, которая не всегда оценивается положительно с позиций европейцев. Люди на Западе склонны, например, считать, что именно индивидуум – это главный элемент, опора всей социальной структуры общества, что все люди по отношению к существующим в государстве законам равны. Они полагают, что каждый человек имеет право на нормальную частную жизнь, и уверены, что с помощью различных современных технологий вся окружающая среда может быть поставлена под полный контроль человека и служить ему. Они убеждены, что западная демократия, индивидуализм и демократия – именно эти ценности играют стабилизирующую роль и способствуют прочности структуры всего общества. Подобные оценочные суждения оказывают решающее воздействие на западный менталитет, формируют его и вместе с тем довольно наглядно показывают, что думают на Западе об окружающем мире и среде обитания. Понятно, что актуальной здесь всегда остается проблема, как относиться друг к другу, какие при этом действуют стандарты. Для западного сознания также совершенно очевидно, что осью истории является христианство, путь рационального освоения окружающего мира, его преобразование на основе знаний.
 
Вопреки распространенному заблуждению, мусульмане относятся к Западу гораздо лучше, чем американцы и европейцы к исламскому миру. Проведенное Центром Gallap в 2007 году обширное исследование,  показало, что мусульманам нравятся западная демократия, права и свободы, а также технологические достижения. Когда же американцев спросили, что им больше всего нравится в исламском мире, большинство из них ответили – «ничего»[15].
 
Что же касается мусульман, того круга ценностей, которые непосредственно определяют опорные точки их миропонимания, то в своем подавляющем большинстве они исходят из убеждения, что «все в мире подчинено Аллаху и повинуется Ему, ничто не может совершиться без Его воли и Его всеведения. Он – Единственный Творец, создавший все, что существует в мире, в том числе человека и то, чем человек живет. Арабы верят в предопределение, то есть в то, что все происходящее в мире, как добро и зло, а также все дела людей обусловлены волей Всевышнего, Его определением и творением»[16].
 
Среди моральных установок, которых стараются придерживаться мусульмане во всех ситуациях, встречается и почтительное отношение к старшим (чем человек старше, тем он мудрее; вспомним роль советов старейшин в мусульманских странах), к родителям и любовь к детям, гостеприимство, скромность, вежливость, толерантность и признание существенных различий между мужчинами и женщинами. Почитание родителей относится к числу важнейших в мусульманской среде моральных ценностей.
 
Можно согласиться с мнением российского ученого З. С. Араухова, который в своей книге «Экстремизм в современном исламе» утверждает, что «системное качество мусульманской религии реализуется в том, что она направлена на обеспечение целостности той или иной социальной системы, члены /или часть членов/ исповедуют ислам»[17].
 
Мусульмане в отличие от европейцев довольно строго сохраняют свои традиции, придерживаются их в жизни, укрепляя тем самым как преемственную связь поколений, так и единение арабского мира.
 
Исламская модель взаимоотношений государства, общества и личности имеет в качестве отправной точки общность, а не отдельного индивида, личность, и в этом явно противостоит западной цивилизации. Исламское общество скреплено религией исламом, которая сама по себе порождает особые ценности.
 
Основные ценности и взгляды, которые составляют важную часть исламского религиозного кодекса:
- религия не может быть отделена от государства. Она обязательно должна быть включена в учебный план школы, а правительство должно всячески поощрять преподавание этого учебного предмета;
- религиозные убеждения и принципы не могут и не должны становиться объектом всякого рода либеральных, реформаторских интерпретаций или пересмотров – это может представлять угрозу как общепринятым общественным взглядам, так и всей линии поведения людей.
Мусульмане, живущие в разных странах, очень близко принимают к сердцу ту «несправедливость», которой подвергаются мусульмане, живущие в других странах; мусульмане, объединенные в умму, стремятся оказать друг другу всестороннюю помощь.
- по мнению многих арабов, слепое подражание западной культуре ведет к ослаблению традиционных семейных связей, наносит удар по религиозным и общественным ценностям, что несомненно оказывает разлагающее, неблагоприятное влияние на все стороны жизни арабского общества;
- в исламской традиции нет жесткого деления на собственно религиозное и светское (как это имеет место в христианстве). Законы шариата распространяются на все стороны человеческой жизни, строго регламентируя поведение человека и деятельность социума. Вполне органично присутствие ислама в политике.
- в исламской политической культуре приоритет отдан общине (умме, джамаа), интересы которой обязан соблюдать и отстаивать каждый правоверный. Практически в любом направлении исламской идеологии прописан приоритет коллективистских ценностей[18].
 
Уже упомянутый выше опрос мусульман в разных странах мира, проведенный организацией «Gallup» показал, что, по мнению мусульман, исламский закон совместим с демократией.
Однако, западные ученые это опровергают. Пайпс Д. полагает, что «ни общество, ни правящая элита большинства мусульманских стран, за редчайшими исключениями, не готовы к адекватному восприятию западной культуры. Показательно, что экономическая либерализация, которая в 1990-е гг. имела место в ряде арабских стран - Алжире, Египте, Иордании, Йемене, Кувейте и т. д. (а кое-где даже раньше - в 1960 - 1980 гг. ), не привела к демократическим переменам»[19].
 
Однако, ситуация не столь однозначна, как ее иногда пытаются изобразить западные ученые. Как уже было отмечено в предыдущем разделе, специфика исламской политической культуры, невосприимчивость общества к либеральной установке на демократию не становятся абсолютным препятствием к его демократизации.[20]
 
Например, существует много примеров, когда в участвуя в демократической политической борьбе (выборы, дискуссия), радикальные исламские партии смягчали свою позицию к западным ценностям (демократия, свобода слова).
 
Например, можно вспомнить кризис 1990 г. в Алжире, «где местный Исламский фронт спасения собрал на демократических муниципальных выборах две трети голосов и стремительно шел к победе на выборах парламентских. Его остановили военным переворотом, после которого началась гражданская война с применением всех средств религиозного террора, унесшая до 300 000 жизней»[21].
С другой стороны, относительно демократическая обстановка, участие исламистов в публичных дебатах, парламентской деятельности снижают накал исламско-политических страстей, вынуждают радикалов действовать в рамках закона. Безусловно, участие исламистов в политическом процессе демократизирует режимы.
 
По итогам параграфа можно сделать вывод, что мусульмане не отвергают синтез ислама и западных ценностей, но на основе их традиционных ценностей, которые не противоречат принципам демократии.
 
Несмотря на различные формы политического устройства мусульманских общин в них, так или иначе, присутствуют элементы демократии – это и выборы, партии, отсутствие цензуры и т.д. Даже абсолютные монархии имеют демократические начала, например в Саудовской Аравии. Если вспомнить Европу, то соседство монарха и демократического правлении уже не кажутся столь не совместимыми. В частности, в Дании призывы к демократии вполне сочетаются с монархическим устройством страны, в то время как в других частях света антимонархические революции проходили под демократическими лозунгами. В итоге можно сделать вывод, что исламская культура и общество имеют возможности для совмещения с западными традициями, потому существует возможность для интеграции мусульман в Западный мир. Поэтому необходимо искать пути оптимизации подобной интеграции, корректировать действующие модели.
 
2. Место Ислама в Западном мире
2.1. Распространение ислама в Западном мире на современном этапе
 
На Западе все чаще слышны возгласы предостережения от широкого распространения ислама среди христиан. И это распространение имеет множество проявлений и, кажется, что западные правительства стали уделять этому большое значение и смотреть на него реалистичным взглядом и паниковать от наступающей опасности, которую не удерживают ни границы,  ни национальности, ни религии.
 
Также наблюдается рост мусульманских общин, заметно увеличиваются исламские центры и мечети, которые уже не ограничиваются столицами, но и охватывают другие крупные европейских города. В Европы число мечетей стало конкурировать с числом церквей в Париже, Риме и Лондоне, а копии Корана в переводе стали бестселлером на рынках США и Запада.
 
В Европе доля мусульман с 1950 по 2008 год выросла с 1 до 4 %, а их количество колеблется от 14 до 20 млн. человек[22]. Из них почти половина в Великобритании и Франции, большая часть которых является мигрантами. Все они приехали на Запад из Азии или Африки для того, чтобы здесь жить, работать, строить свое благополучие, следовательно, им необходимо интегрироваться в европейское общество (не путать с понятием «ассимилироваться»)[23].
 
Некоторые эксперты высказывают предположения, что к 2050-му мусульмане составят треть или даже половину европейцев. Мусульманским демографическим взрывом окажется для Европы вступление в Европейский союз 70-миллионной (на сегодняшний день) Турции, которая по численности населения займет второе место после Германии, на 15-20 млн опережая Великобританию, Францию или Италию[24].
 
В Швеции распространенность исламской религии заняла второе место среди всего населения, что побудило правительство Швеции признать его и преподавать в государственных школах вместе с христианской религией. Также прилагаются усилия по укреплению идеи создания частных исламских колледжей и институтов в Швеции. Исследование подтвердило, что Ислам распространяется удивительными темпами среди шведов, несмотря на отсутствие надлежащей гласности. Официальная статистика указывает на то, что число мусульман продолжает увеличиваться, и число мусульман в Швеции сегодня достигает более чем 120 тысяч человек.
 
По данным официальной статистики Германии в течение 2006, 2007 и 2008 гг. каждые два часа Ислам принимал новый человек. Опрос общественного мнения показал, что 39% немцев чувствуют «легкое беспокойство» из-за распространения Ислама в немецком обществе. 22% участников опроса, проведенного институтом «DIMAP» в 2009 году, сказали, что они не чувствуют проблемы из-за распространения Ислама. Правительство Германии заявило, что не может остановить снижение немецкого роста населения, и что оно вышло уже из-под контроля, и что в 2050 году Германия неизбежно будет исламской республикой. Также Германия заявила, что через двадцать лет в Европе будет 104 млн. мусульман[25].
 
Наибольшими темпами ислам распространяется во Франции. Статистика показывает, что во Франции 2300 мечетей и 7 миллионов мусульман, и Ислам становится второй религией после христианства во Франции. В исследовании, подготовленном французским министерством внутренних дел, говорится, что 3600 французов ежегодно принимают Ислам. Статьи в прессе Саудовской Аравии отмечают, что многие звезды французского футбола посетили святые места после своего обращения в Ислам, указывая на то, что Ислам очень сильно распространился среди европейских команд (французский гражданин сенегальского происхождения, защитник французской команды «Сошо» Жак Фати, нападающий английской команды «Челси» Анелька и звезда французского футбола Рибери).
 
Количество мечетей во Франции стало больше чем церквей, даже на юге, который является самым насыщенным регионом в мире церквями. Напротив, 1000 мечетей в прошлом были церквями и 30% детей в возрасте меньше двадцати лет являются мусульманами. В крупных городах это число увеличивается до 45%. «В 2027 году пятая часть населения Франции будет мусульманами. И в течение 39 лет Франция станет исламской республикой»[26].
 
Статистика говорит, что в 2015г. половину населения Голландии будут составлять мусульмане. В Бельгии каждый день более одного человека принимают ислам, что ранее никогда не происходило в стране. Принятие Ислама в Бельгии, согласно проведенному исследованию, проходит после глубоких размышлений и тщательного сравнения, которые делают новообращенные, находя в исламской религии духовные и нравственные устои. Многих новообращенные бельгийцы, которые после глубокого изучения подчеркивают рациональность своего выбора и свою уверенность в том, что исламская религия является настоящей религией для всего человечества.
 
Великобритании, где мусульманская община насчитывает 2,5 млн.человек, в 2008 году число посетителей мечетей в Великобритании превосходило посетителей церкви, как в Англии, так и в Уэльсе.
Сходная ситуация отмечается в Дании, Испании, Швейцарии, Австрии, Греции и др. странах. В Великобритании не так давно мусульманская община требовала ведения норм шариата, в качестве правовой основы для мусульманской общины.
 
В ближайшие десятилетия Европе предстоит «коррекция» идентичности. Французам, немцам, англичанам, скандинавам, итальянцам (в Милане находится самая большая мечеть в Европе) предстоит осознать, что исламская традиция становится органичной и легитимной частью европейской культуры. Постоянными жителями континента окажутся миллионы мусульман, которые хотя и стремятся вписаться в европейскую традицию, но тем не менее сохраняют конфессиональную идентичность[27].
 
В Европе рост мусульманского присутствия не может не восприниматься как угроза социальной стабильности. Неизбежно обостряется конкуренция за рабочие места, мусульмане-мигранты являются питательной средой для преступности, у европейцев все большее раздражение вызывают платки мусульманских женщин, стремительное возрастание количества мечетей, собирающиеся вокруг них во время общей пятничной молитвы большие группы мусульман.
 
Это ведет к усилению ксенофобии, как этнической, так и религиозной, что в свою очередь является причиной устойчивой популярности радикальных националистических партий, которые периодически добиваются успехов на выборах во Франции, в Голландии, Австрии, Бельгии и других странах.
 
В Северной Америке удельный вес мусульман с 1950 по 2008 год увеличился с 0,1 до 1,5 %. В США число мусульман, поданным социологических опросов, колеблется в пределах 2-5 миллионов. Исламский Верховный совет Америки утверждает, что в США проживает 15 млн. мусульман. Среди тех, кто там исповедует ислам, свыше 42 %. - черные мусульмане, примерно 25 %. имеют южно-азиатские корни (Индия, страны Юго-Восточной Азии. Пакистан), 15-17 проц. - арабы.[28]
 
В течение 12 лет было построено более 1200 мечетей в Соединенных Штатах (в среднем по сто мечетей ежегодно). Удивительно, что большинство людей из числа американцев, которые принимают ислам, становятся проповедниками ислама. Большинство исследователей подтверждает, что, несмотря на отсутствие точных статистических данных более двадцати тысяч американцев принимают ислам каждый год – и это после событий 11 сентября. Ожидалось, что число новых мусульман будет уменьшаться, но результаты оказались обратными. Новые статистические данные показали, что число принимающих ислам резко увеличилось после сентябрьских событий.
 
В отличие от Европы вопрос об исламизации Америки или американизации ислама не актуален. В 1990-е политизация ислама связывалась с активностью негритянского населения. Наиболее энергично в этом направлении действовала основанная еще в 1931 году организация «Нация ислама», которую сегодня возглавляет Луис Фаррахан. Она до сих пор остается организацией черных мусульман. Эмигранты из мусульманских стран, число которых, по свидетельству Американского бюро переписи, составило свыше 1 млн. 200 тыс., не принимают участия в деятельности «Нации ислама»[29].
 
Мусульмане США ощущают себя в первую очередь американцами. По степени обособленности они не слишком отличаются от других этнических или религиозных групп американского населения. В то же время еще до 11 сентября 2001-го в их среде усилилось стремление к сохранению конфессиональной идентичности, отчасти привнесенной извне, но также имеющей внутренние корни.
 
Поворот во внешней политике США, связанный с событиями 11 сентября, привел к обострению проблем ислама и мусульман внутри Америки. Желание мусульман обозначить религиозную самобытность сочетается с протестом против отождествления ислама с экстремизмом, против восприятия их в качестве угрозы.
 
Такие настроения в американской мусульманской среде вполне понятны. Однако нельзя забывать и то, что в ряде мусульманских общин США, например в нью-йоркском Бруклине, 11 сентября было воспринято как свидетельство силы ислама, его способности противостоять любому, даже самому могущественному, противнику. Подобная реакция не могла остаться не замеченной американским обществом и государством, которое приняло меры к ограничению распространения ислама в США[30].
 
Таким образом, ислам очень активно распространяется в Западном мире, причем темпы возрастают. В Европе, которая принимает мощные поток мигрантов из исламского мира, процесс исламизации многих государств уже не обратим. Агрессивные меры националистов, направленные против ислама только усугубляют ситуацию, и осложняют межконфессиональные отношения. В Северной Америке удается американизировать основную массу мусульман, за счет чего сдерживается распространение и влияние ислама на общественную и политическую жизнь  страны. В итоге, можно сделать вывод, что ислам имеет разные специфику распространения в Европе  и Северной Америке, однако, в основе процесса лежат общие основания: мощный миграционный поток из мусульманских стран, медленная интеграция мусульман в западные общества, снижение религиозности традиционном западном обществе.
 
2.2. Культурные и социальные основания для распространения ислама в Западном мире
 
В Западном мире сложились объективные основания для динамичного распространения ислама.
Сценарии, по которым миграционные процессы в Западной Европе развивались на протяжении последних 50 лет, привели к масштабным количественным и качественным изменениям. В XXI век Западная Европа вступила с новыми многочисленными (и растущими) этническими меньшинствами, отличающимися от коренного населения в конфессиональном, языковом, культурном отношении[31].
 
Увеличение численности этнических общин в Европе приобрело по сути необратимый характер и не может быть остановлено действующими правовыми принципами, нормами и практиками. Это обуславливается в том числе и диаметрально противоположными показателями естественного прироста у коренного населения практически всех стран Европейского Союза, с одной стороны, и у новоэтнических меньшинств, с другой. Однако, прежде всего поступательная динамика будет определяться продолжающимся миграционным давлением.
Сегодня европейские страны вынужденно превращаются в «иммигрантские государства» и вариант политики мультикультурализма для них, при всей неоднозначности ее следствий, становится практически неизбежным.
 
Однако в европейских странах появился массовый слой потенциальных граждан (преимущественно мусульман), не готовых к участию в управлении государством, не понимающих сути института гражданства и не требующих реализации их индивидуальных политических прав.
 
Они, как правило, не стремятся слиться с окружением, принять утвердившиеся в стране пребывания обычаи, образ жизни. Более того, они четко осознают свою этническую специфику, свои интересы и возможности их отстаивать, используя, политические и иные методы, утвердившиеся в ареале нового проживания. Примером такого рода могут служить массовые демонстрации во Франции против запрета на ношение мусульманских платков в учебных заведениях страны.[32]
 
Еще одной принципиально новой тенденцией стал перенос в страны нового проживания внешних политических проблем, которые к этим странам прямого отношения не имеют. Возможно, первым громким звонком подобного рода стали массовые выступления курдов в связи с арестом их лидера А.Оджалана. Они имели место сразу в нескольких странах и произвели на никак не ожидавших этого европейцев сильное впечатление.
 
Возникает острая проблема обеспечения лояльности и соблюдения потенциальными и реальными новыми гражданами минимальных требований либерально-демократической системы. В то же время нет полной уверенности в том, что к признанию права на различие и к мирному сосуществованию различных культурных идентичностей готовы как политические элиты, так и большая часть населения стран Европы. В результате социальной изоляции и скрытой дискриминации в западноевропейских странах формируются все более крупные меньшинства, зачастую создающие свои анклавные поселения в крупных городах, в которых они стремятся сохранить свою этнокультурную идентичность, основанную чаще всего на исламе. При этом практика показывает, что политика мультикультурализма фактически облегчает не интеграцию в принимающее общество, а консолидацию иммигрантских групп. Такие сообщества отличаются более низким жизненным уровнем и тесными связями с теневой экономикой и преступностью. Пример значимости пространства гетто, как места концентрации людей с одинаково низким социальным статусом, для массовой мобилизации показали бунты молодежи «цветных окраин» Парижа осенью 2005 года[33].
 
В итоге можно констатировать, что в странах Запада формируется не интегрированный в социальную систему новый низший класс, имеющий не только этнические, но и расовые, конфессиональные, культурные отличия от европейцев, своего рода «новые изгои», или «внутренний пролетариат».
 
Поддерживая постоянные связи со страной происхождения, такие меньшинства, по сути дела, образуют общности нового типа – транснациональные. В результате этой новой иммиграции конфликт «постиндустриальный богатый Север - аграрный бедный Юг» переносится внутрь государств «ядра». С серьезными проблемами особенно сталкиваются крупнейшие европейские мегаполисы.
 
Важно, что усиление роли «исламского фактора» в политике и радикализация мусульманской общины происходит на фоне растущей утраты интереса к христианству. По мнению, С.Долгополовой, в основе этого явления лежит протест против декадентских моральных ценностей современного западного общества.
 
С. Долгополова приводит данные статистики по степени религиозности европейских стран. Так, религиозность европейцев резко снижается, христианские храмы в Европе повсеместно исчезают. Христианская церковь в Германии будет вынуждена закрыть как минимум от половины своих приходов. По данным Немецкого епископата, в период с 1950 по 2000 г. число католиков, участвующих в мессах, уменьшилось с 12 до 4 млн[34]. Еженедельно посещает богослужение только 10% европейцев (хотя христианами считают себя 65%) и 80% живущих в Европе мусульман.
 
Около 35 храмов закроют свои двери в Копенгагене из-за отсутствия доходов. В прошлом году в нескольких храмах датской столицы обряды вообще не проводились из-за отсутствия заявок от прихожан. Во Франции 3 тыс. из 15 тыс. сельских церквей грозит снос и т.д. На этом фоне ислам, почти без конкуренции со стороны христианства распространяется по миру.
 
Многие специалисты, как российские, так и зарубежные отмечают возрастание роли исламского фактора в мировой политике, что повышает роль ислама в мире.
В основе его лежат культурные (цивилизационные) основания. Он возникает в случае реального (или иллюзорного, это — особая тема) противоречия интересов мусульманской общности с той, с которой она находится в контакте.
 
Сегодня во всех странах, где есть мусульмане, — составляют ли они большинство или меньшинство населения — существуют общественные объединения, культурные общества, исследовательские центры, лоббистские группы, политические партии, СМИ, которые выражают интересы мусульман. Их по миру, без преувеличения, тысячи. Даже в далекой от традиционных исламских центров Канаде подобных организаций насчитывается около десятка — Международный мусульманский фонд Канады, Международный институт исламских исследований, Община мусульманской нации Большого Монреаля, Центр исламской информации и документации и т.п[35].
 
Конфликт ислама и западного общество так же подогревается искусственно. Например, широко известен пример неравного отношения к мусульманам в Европе. Так, в Дании в 2005-2006 г. произошел карикатурный скандал, где возник вопрос о свободе слова в печати. Поводом для этого послужили карикатуры на Пророка Мухаммада в датской газете «Jyllands-Posten». В Швейцарии в ноябре 2009 года запретили строить минареты: 57,5% граждан страны высказались против исламизации. Один из авторов и инициаторов референдума о запрете минаретов сказал, что минарет - это политический символ, и ислам - это не только религиозная, но и политическая доктрина. То есть, шариат - это то законодательство, которое распространяется и на социальную, и на политическую сферу жизни. Но дело в том, что из столкновения демократии и ислама в политической плоскости становится понятно, что демократия проигрывает[36].
 
Объективной причиной обострения проблемы ислама в Западном мире стал «провал» политики мультикультуризма, которой придерживались страны Западного мира многие десятилетия. Великобритания в 1980-е годы, первой в Европе, реагируя на процессы «пробуждения ислама», разработала и стала осуществлять на практике свою «коммунитаристскую» модель мультикультуралистской политики, означавшую признание государством сосуществующих в рамках национального сообщества многочисленных общин, официально признанных национальными меньшинствами. Они получили полное право жить в своем кругу, сохраняя приверженность своему культурному наследию, этническим обычаям и семейным связям, а также отстаивать свои групповые права на национальном уровне. Основополагающим для коммунитаристской модели является принцип: значение и многообразие культурных ценностей каждой общины будут всегда определяющими при предоставлении услуг государства в той мере, в какой это не входит в противоречие с глубинными интересами индивида. Поэтому новые подданные Великобритании вступают в контакт с государственными структурами не только в качестве индивидов, но и в качестве членов того или иного локального сообщества[37].
 
Однако реализация этого принципа на практике привела к тому, что права индивида все чаще ставились в зависимость от прав группы. Несмотря на огромные усилия государства и структур гражданского общества, не удалось решить и проблему интеграции мусульман в британское общество. Их стремление во что бы то ни стало сохранить свою религиозную и этническую самобытность плохо согласуется с полноценным британским гражданством. В свою очередь, признание культурных различий, понимаемых в качестве неизменных, в полиэтнических обществах неизбежно приводит к росту «реактивного мультикультурализма» и увеличению количества геттоизированных сообществ. В частности, культурная сегрегация ведет к политизации культурных идентичностей британских мусульман и радикализации их поведения. В то же время, нельзя не заметить роста общественного недовольства массовой иммиграцией, которая становится одной из определяющих внутриполитических проблем страны.
 
Сегодня в Великобритании делают ставку, с одной стороны, на активное вовлечение представителей мусульманской общины страны в экономическую и политическую жизнь страны, с другой – на то, чтобы иммигрантская молодежь обрела позитивные примеры личного успеха, поверила в возможности влияния на государственную политику, отстаивания своих интересов в правовом поле без изменения идентичности. Сверхзадача такой политики – нивелировать влияние на мусульманскую молодежь политических группировок экстремистского толка[38].
 
Приверженность этнической модели нации была важнейшей причиной нежелания Германии привести свое законодательство о гражданстве, основанное на «праве крови», в соответствие с современными реалиями. В результате в Германии иммигранты и политические беженцы могли получать социальное пособие и целый ряд преференций сразу по приезде в страну, но десятилетиями не иметь доступа к гражданству и политическим правам. С 1979 по 2000 год численность турецкой диаспоры увеличилась в Германии более чем вдвое — с 3 до 7,5 млн человек. Но при этом число работающих турок осталось примерно на уровне 1979 года — всего лишь около 2 миллионов. Развитая европейская система соцобеспечения порождает синдром принципиального иждивенчества. Это называлось «мультикультурализмом», но в отличие от мультикультурализма для иммигрантов в США, Канаде или Австралии он не рассматривался как способ обогащения или дополнения германского гражданства. Он, напротив, был принят потому, что эти дети не рассматривались как граждане Германии.
 
Это было способом сказать, что на самом деле этим детям здесь не место, что их настоящий дом – Турция. Это было способом подтвердить, что они чужаки, а не граждане. Мультикультурализм без предложения гражданства есть почти без вариантов рецепт исключения и рационализации исключения».[39] Только в 2002 году в ФРГ был принят новый закон о гражданстве, ставший результатом трудного компромисса.
 
Пришедшее к власти в 2005 году правительство «большой коалиции» (ХДС-СДПГ) в поисках новых решений по эффективной адаптации иммигрантов (прежде всего, мусульман) выбрало стратегию их аккультурации. Уже при вступлении на пост канцлера А.Меркель заявила о неприемлемости таких противоречащих «немецкой руководящей культуре» страны черт исламского образа жизни, как неравноправие мужчин и женщин, принудительные «договорные» браки, возможность совершения убийств «во имя чести» и др. В последующих выступлениях она обозначила жесткий набор требований для всех проживающих в стране иммигрантов, претендующих на статус его граждан: независимо от принципов и требований, диктуемых их конфессиональной принадлежностью, они должны признавать верховенство норм Основного закона ФРГ, говорить на немецком языке и придерживаться ценностей «руководящей культуры»[40].
 
Таким образом, немецкое правительство отказалось от принципа невмешательства в дела религий и пошло на вмешательство во внутреннюю жизнь исламских общин страны. Были учреждены и институты, федеральные и региональные, призванные реализовывать на практике новую политику в отношении иммигрантов. Предпринимаются в ФРГ серьезные усилия по интеграции иммигрантов на земельном и муниципальном уровне.
 
Однако наряду с проблемой объединения «двух Германий», не решенной до конца, и задачей интеграции новых иммигрантов Германия сегодня стоит и перед необходимостью «интегрировать» и давно живущих в стране людей, относящихся к турецкой диаспоре, в особенности тех из них, кто обладает немецким гражданством. Только усилий государства здесь недостаточно, необходимо активное участие «коренных» немцев и институтов гражданского общества. Каким образом немецкие политики будут искать решение этой проблемы сегодня сказать очень сложно.
 
Пример Франции интересен тем, что она является одновременно и классическим национальным государством, и ведущим иммигрантским обществом Европы, издавна привлекавшим «униженных и оскорбленных» из разных регионов мира. Однако мигранты, вне зависимости от их этнической и конфессиональной принадлежности, должны были быть натурализованы и ассимилированы, т.е. должны были стать французами – лояльными гражданами республики, что в свою очередь означает лояльность тому политическому, общественному и культурному порядку, который республику конституирует[41].
 
Ситуация стала серьезно меняться после краха заморских империй и начала массового притока в страну североафриканских арабов. Именно эти новые группы иммигрантов поставили под сомнение французский республиканский идеал и стали проверять его на прочность. Они хотели признания себя в качестве особой группы и желали, чтобы им публично разрешили выступать в этом качестве. Более того, они стали проявлять нетерпимость в отношении своих соплеменников, настроенных на то, чтобы ассимилироваться самим и ассимилировать своих детей. Эта десакрализация гражданства и французского республиканизма оскорбила многих французов. В результате возник кризис ассимиляционной модели интеграции иммигрантов.[42]
 
Для того чтобы облегчить процесс поиска взаимопонимания между правительством и мусульманским сообществом в 2003 году был создан «Французский совет мусульманской веры». Именно на эту организацию власти делали особую ставку, надеясь на помощь умеренного мусульманского духовенства в предотвращении исламского «джихада» на территории Франции. Однако в 2008 году ключевые позиции в Совете захватили представители радикального ислама.[43]
 
Ответные шаги французских властей - создание в 2008 г. Министерства по делам иммиграции, интеграции и национальной идентичности и Национальной службы по взаимоотношениям с исламом.
Признанием наличия кризиса французской идентичности стало и поручение Президента Н.Саркози, данное министру по делам иммиграции, интеграции и национальной идентичности, провести в Интернет широкое обсуждение национальной идеи. В ходе обсуждения явно доминировала одна тема – проблема иммигрантов из мусульманских стран, а результаты ее обсуждения были малоутешительными для правительства.
 
Отказ значительной части новых мигрантов из мусульманских стран от интеграции в европейское общество ставит под угрозу сохранение национальной идентичности, ведет к ухудшению управляемости западноевропейских государств.
 
В ближайшем будущем Франции заново предстоит решать вопрос о собственной национальной идентичности, а также серьезно переосмыслить понятие «национального гражданства», содержание которого восходит к временам Великой французской революции и становления нации-государства.
 
Таким образом, распространение ислама в Западном мире и проблемы взаимоотношений с западным обществом, во многом, основана на объективных основаниях. Мощный миграционный поток из исламских стран при стабилизации демографического прироста, способствовали увеличению доли мусульман среди населения большинства стран западного мира. Распространению ислама способствовал духовный кризис западной цивилизации, снижение религиозности и конфликт с христианской церковью. Ислам, несомненно, имеет свои сильные стороны. В первую очередь, это наличие четкой и внятной идеологии, нравственных ориентиров, системы ценностей, которая противостоит современной квазирелигии потребления, гедонизма и релятивизма, которую проповедует сегодняшний Запад. Провал политики мультикультуризма вывел исламскую проблему на первый план во многих странах. Итогом неудачной политики мультикультуризма стало формирование замкнутых, слабо интегрированных в западное общество мусульманских общин. В этой среде часто происходила их радикализация. Она являлась защитным механизмом от давления из вне, и результатом не внятной, дискриминационной национальной политики.

2.3. Пути интеграции ислама в Западный мир
 
Материал, предыдущих параграфов показывает, что с каждым годом связь Западного мира с христианством становится все более условной. Христианская культура в форме духовного учения уже давно не доминирует над сознанием граждан Западного мира. Однако, не только христиане, но и остальные жители не готовы сегодня смириться с тем, что через несколько поколений религиозное большинство в Европе будет мусульманским. Опасение вызывает в большей степени не разрыв с христианством, а угроза расстаться с тем образом жизни и правами индивида, которые были приобретены в ходе развития христианской цивилизации. Права человека, демократия, культурный плюрализм — не воспринимая эти ценности христианскими, современное европейское сознание отдает себе отчет в том, что они могут быть потеряны либо значительно ослаблены в результате исламизации Европы. Появление подобных ощущений имеют сложную природу, а в итоге это влияет на поведение граждан Западного мира. Ученые выделяют несколько моделей такого поведения:
 
- внутреннее, невербализированное страхом желание не замечать проблему;
- вызванное ощутимой угрозой потерей идентичности и смены типа цивилизации агрессивное неприятие ислама;
- желание вести диалог с исламом, целью которого является не только минимизация потенциальных и актуальных конфликтов между христианской и исламской общинами, но и известная «европеизация ислама», в результате которой изменения религиозного баланса в Европе не привело бы к радикальным изменениям в жизненном укладе европейцев[44].
 
К настоящему моменту, очевидно, что первые две модели поведения бесперспективны, поэтому ученые и политики, прежде всего, развивают третью модель поведения – диалог с исламской культурой. Здесь нужно отметить, что ислам, как любая религия, сталкивается с проблемами развития и приспособления в современном мире, особенно, в доминирующей экономической и культурной среде Запада. Поэтому, справедливо утверждение, что исламу нужно помочь приспособится к Западной культуре, воспринять лучшее и повлиять на проблемные сферы Западного мира, что бы их улучшить.
 
Нужно отметить, что диалог между Западным миром и исламом идет уже продолжительное время, но необходимо понимать, что ислам очень разнообразен, и с каждыми его направлениями необходимы разные механизмы взаимодействия.
 
С.В. Кортунов выделяет в исламе четыре основных направления:
 
Первое направление — ваххабизм. Это официальная идеология Саудовской Аравии. Многие считают, что это ислам не духа, а буквы, и что в каноническом смысле он представляет собой современную версию еретического ислама.
 
Второе направление — это иранский ислам. Многие специалисты в мусульманском сообществе считают, что этот ислам — в противовес ваххабизму — является подлинным исламом, исламом духа, а не буквы, исламом живым.
 
Третье направление — это исламский социализм, носителем которого до недавнего времени были такие страны, как Ирак, Сирия, Ливан, Египет, Ливия, Южный Йемен. Это было мощное движение, когда его поддерживал Советский Союз. Сейчас это движение потеряло свое былое значение.
 
Четвертое направление — это просвещенный исламизм, который связан с такими странами, как Турция, Пакистан, Алжир, Тунис, Марокко. Этот ислам в большой степени ориентируется на Запад. Этот тот самый квази-ислам, который хочет интегрироваться в западный либеральный проект[45].
 
Понятно, что с ваххабизмом вести диалог очень сложно, особенно, теперь когда, на него ведется массированная атака, так кае его ассоциируют с терроризмом. С иранским шиитами диалог так же идет сложно, но, причина здесь не в неприятии шиитами Западного мира, а в агрессивном поведении некоторых стран (США, Израиль) по отношению к Ирану. Таким образом, реакция шиитов это самозащита.
 
Наиболее перспективными направлениями ислама для диалога с западным миром являются последние два из списка. Именно в их отношении справедлив термин «евроислам». По мнению Б. Тиби, «евроислам» - «это светский ислам, который вполне может уживаться с демократическим государственным устройством, и приводит повседневный уклад жизни мусульман в соответствие со стандартами своих европейских христианских соседей, это либеральное течение в исламе, проникнутое европейской культурой»[46].
 
На территории Западного мира «евроислам» существует продолжительное время. На территории Евросоюза, по мнению А. Малашенко,  существует несколько направлений «евроислама». Основной момент, по которому мусульмане не могут объединиться и достигнуть соглашения между собой - это отношение к европейскому обществу и интеграции с ним. С определенной долей условности на сегодняшний день можно выделить несколько направлений в евроисламе по их отношению к интеграции в европейское общество при сохранении своих ценностей.
 
Прежде всего, это сторонники либерального ислама и интеграции мусульман с европейским обществом, при сохранении своих религиозных ценностей. Представителями этого направления евроислама являются профессор богословского факультета Оксфордского университета Т. Рамадан и датский политик Насер Хадер. Они подчеркивают глобальную угрозу безопасности со стороны радикальных исламистских движений; и призывают страны Евросоюза объединиться и совместно осуществлять борьбу с общей угрозой.
 
Насер Хадер - депутат парламента Дании, основатель движения «Демократические мусульмане Дании» в 2006 г. и ассоциации критиков ислама, которые поддерживают умеренные формы ислама и критикуя его изнутри, с позиций либерального ислама. Он придерживается более либеральных взглядов, чем Т. Рамадан[47].
 
Еще одно направление - это радикальное направление в евроисламе. Представители этого направления настаивают на применении радикальных мер по отношению к европейскому обществу, пропаганда и вооруженные действия. Например, Абу Хамза Аль-Масри - один из духовных лидеров мусульман в Евросоюзе получил образование в Великобритании, а после 1979 г. стал настоятелем мечети Финнсбери-Парк в Лондоне, которая стала неофициальным отделением «Аль-Каиды». Еще одним духовным лидером мусульман британских является Абу Катада.
 
Можно сделать вывод, что ислам неоднороден в идейном и политическом отношении. Наряду с непримиримым Усамой бен Ладеном существуют, например, умеренные исламские партии в Турции, Таджикистане, Марокко. Ученые отмечают, что «фразеология умеренных исламистов и радикалов бывает очень похожа. Но в то же время различия существуют, и если Партия исламского возрождения Таджикистана уже давно не призывает к созданию исламского государства, то афганские талибы такое государство намеревались построить (и построили). Разумеется, умеренные исламисты не приемлют террора, который дискредитирует саму идею исламской альтернативы и од¬новременно лишает их возможности диалога с Западом»[48].
 
Следует отметить, что склонность к радикальным взглядам наблюдается именно у второго поколения мигрантов. Первое поколение мигрантов, как правило, не претендуют на социальные блага, которые предоставляются Евросоюзом для своих национальных граждан. Например, когда осенью 2005 г. начались волнения во Франции, то участие в них мусульмане второго поколения. Но они не получили поддержку со стороны мигрантов последних нескольких лет. Результаты опросов в Великобритании позволяют сделать вывод о том, что в мусульманском обществе намечается конфликт с умеренным большинством, которое приемлет нормы западной демократии, и меньшинством, придерживающееся противоположных взглядов. Таким образом, видно, что проблема существует в диалоге со втором поколением мусульман проживающих в странах Западного мира.
 
К сожалению, на Западе исламизм нередко отождествляют с исламом вообще. В качестве возможных партнеров, да и то с оговорками, там рассматривают лишь некоторые западноориентированные элиты. При этом последние остаются под постоянным подозрением в сочувствии к экстремистам, их обвиняют, как минимум, в неспособности (или нежелании) им противостоять. Весьма характерны в этом смысле американо-саудовские отношения, которые за последние годы существенно деградировали. Это реакция на события 11 сентября, однако, смешивать ислам с терроризмом это большая ошибка.
 
Это архаическое отношение к исламу трансформировалось в представление о нем как об отсталой и агрессивной религии. Подобное восприятие ислама оправдывает и стимулирует исламизм. Исламисты активно используют его, чтобы растолковать мусульманам, что носители других конфессий, доминирующие в политике, экономике и военной сфере, относятся к ним с предубеждением. И лучшей защитой от этого оказывается нападение. Можно сделать вывод, что отождествление ислама и терроризма в Западном мире, подстегивает мусульман к активному сопротивлению западным ценностям.[49]
 
На Западе до сих пор не сложилось продуктивной концепции о современном исламе и путях эволюции мусульманского мира. Некоторые авторы пишут о том, что «исламская угроза» существует и борьба против нее есть одно из главнейших направлений геополитики. Порой это сопровождается утверждением, что, будучи великой цивилизацией, ислам, тем не менее, недотягивает до высот западного христианства. Другие (они составляют меньшинство) занимаются апологией ислама, которая выглядит весьма неубедительно. Сегодняшние апологеты уступают в оригинальности и искренности Роже Гароди, ставшему мусульманином французскому коммунисту, который писал, что «ислам не был новой религией, рожденной пророчеством Мухаммеда», но был квинтэссенцией мировой религии, и что «сегодня возрождение ислама, живого ислама возможно, только если он вновь откроет внутри себя качества, составлявшие его величие в момент его возникновения и в период его апогея с IX по XII век»[50].
 
Эти примеры показывают, что необходима адекватная современная ситуации программа взаимодействия (интеграции) ислама и западной культуры. Любые перекосы в одну или другую сторону здесь опасны.
 
Начинать диалог и исламом нужно с молодого поколения. В современной Европе молодежь из новых этнических меньшинств плохо интегрируется в западную цивилизацию. В отличие от своих родителей, молодые мусульмане поддерживают менее тесные связи с немусульманским населением, предпочитают жить по собственным законам и стремятся отдавать своих детей не в смешанные, а в исламские школы. Как следует, например, из социологических данных, приводимых в Великобритании, три четверти молодых мусульман решительно высказываются за то, чтобы женщины обязательно покрывали голову платком. А среди пожилых людей подобной позиции придерживается менее трети всех опрошенных. Соотношение между умеренным исламским большинством, предпочитающим жить по британским законам, и меньшинством, их отвергающим, оценивается как 60 к 40%. Но доля меньшинства непрерывно увеличивается[51].
 
На социализацию молодых поколений иммигрантов, помимо прочего, существенный отпечаток накладывает такой фактор, как коммуникационная «близость» мира, которая позволяет сохранять и поддерживать связь даже с самыми отдаленными странами исхода мигрантов (интернет, возможность принимать любые телеканалы, например, марокканские или турецкие). Многие молодые люди приезжают в страны происхождения своих родителей на лето или даже на несколько месяцев. Например, в Германии, подрастающая турецкая молодежь предпочитает брать жен не из числа выросших в Германии турчанок («развращенных» западным образом жизни), а из тех сельских районов Турции, откуда когда-то приехали их родители.
 
Вывод из этих примеров очевиден, мусульманская молодежь не может адаптироваться к условиям западной цивилизации, занять достойное место в социуме и начать диалог с западным миром, поэтому, возвращается к исламским истокам, причем к радикальным формам, как защите от давления иных ценностей.
 
Ученые обращают внимание на роль, которую играет наличие на окраинах французских крупных городов кварталов, населенных в основном мусульманами и все менее контролируемых властями. По сути, это «гетте», где  происходит исламизация образа жизни его обитателей, причем всех, независимо от религиозного и этнического происхождения. Службы в мечетях задают ритм жизни[52].
 
Создается инфраструктура, соответствующая потребностям мусульман: торговые сети исламских книжных магазинов, мясные лавки, торгующие халяльным мясом, которые вытесняют конкурентов — коренных французов. В этих районах трудно найти свинину или алкоголь. Во всем квартале создается общий моральный климат, подавляющий иной, не соответствующий нормам ислама образ жизни. Семьи коренных французов там не уживаются. Несмотря на то, что «воинствующие» исламисты составляют здесь меньшинство, они навязывают всем жителям радикальный мусульманский образ жизни. От этого порядка страдают и сами мусульмане, по крайней мере те из них, которые приветствуют некоторую либерализацию и секуляризацию общества.
 
Процессы исламизации общества в неблагополучных кварталах имеют крайние формы и поэтому особенно заметны, но исламизация общественного пространства происходит в более мягких формах повсеместно. Это реализуется как бы естественным образом, поскольку ислам соединяет в себе религиозные и социальные функции одновременно.
 
Таким образом, закономерный, с точки зрения «классической» модели, процесс постепенной интеграции иммигрантов в принимающее общество не только остановился, но и обращается вспять.
Указанная тенденция, вызывает все больше беспокойства и делают невозможным диалог ислама и Западного мира. Джонатан Лоуренс пишет «глубокое отчуждение многих мусульман, особенно второго и третьего поколения иммигрантских семей, мужчин и женщин, родившихся в Европе, — одна из самых неприятных проблем, стоящих сегодня перед континентом. Если все останется по прежнему, то это отчуждение и подпитывающая его неприязнь белых христианских или нехристианских европейцев могут привести к распаду гражданской ткани самых прочных демократий Европы»[53].
 
Для изменения сложившейся ситуации в Западном мире создаются разнообразные проекты и модели. Наиболее перспективным в свете ненасильственной адаптации ислама к либеральным ценностям является его модернизаторское направление. В странах Европы (где это проявляется наиболее четко в силу сложившихся условий) он, как раз, получил название евроислам, т.е. необходимо вернутся к политике середине XX века, когда эта модель создавалась. К сожалению, разработанной теории и общепризнанных идеологов евроислам не имеет. Однако, ключевые элементы этой модели «ероисламизации» нужно использовать в современных условиях. Учитывая традиции ислама и политическую культуру западноевропейского общества, можно заметить, что выразителями интересов мусульман в Западном мире становятся исламские учреждения религиозного характера[54]. Как и любые другие религиозные организации, исламские ставят своей целью защитить права мусульман на исповедование религии, соблюдение традиций, изучение родного языка. Также они играют важную роль, помогая единоверцам адаптироваться и не утратить своей религиозной и этнической идентичности в новой высокоинформационной среде западного мира. В силу особенностей ислама как религии (некоторые из них были уже упомянуты) необходимо отметить, что даже на территории немусульманских стран эти религиозные учреждения стремятся создать своеобразный ареал, отвечающий духовным чаяниям правоверных.
 
Таким образом, можно говорить о том, что исламские учреждения в Западном мире выполняют следующие функции:
– помощь в адаптации мусульманам-мигрантам,
– защита их интересов (в первую очередь религиозного и социального характера) перед местными властями,
– распространение религии, ее норм и традиций (в наибольшей степени это относится к детям мусульман-мигрантов),
– консультирование органов государственной власти по вопросам, затрагивающим исламский фактор,
– выражение мнения мусульманской общины в отношении действий властей[55].
Эти организации должны стать место диалога ислама и Западного мира, тогда он будет эффективным и не вызовет агрессию.
 
Следует отметить, что если в том или ином обществе и государстве признается наличие мусульман, т.е. мусульманской общины, то нужно предоставить ей право жить по тем законам, которые соответствуют ценностным нормативам ислама, если это коренным образом не противоречит устоям общества, где обосновалась мусульманская община. Поэтому применительно к странам Западной Европы можно считать вполне законным иметь исламскую партию, организацию, религиозное учреждение, проводить митинги, собрания, любые другие законные мероприятия, направленные на оказание определенного рода давления на органы государственной власти с целью защиты своих интересов.
 
В итоге, можно сделать вывод, что взаимовыгодное взаимодействие ислама с Западным миром возможно, только в процессе диалога. Наиболее подходящие направления ислама для диалога – умеренные, либеральный ислам. Модель подобного диалога в Западном мире уже выработана это «евроисламизация», т.е. интеграция ислама в западное общество, восприятие базовых либеральных ценностей, при сохранении исламской идентичности. Итог такой модели интеграции это формирование равноправного гражданина Западного мира, который считает себя мусульманином, но ассоциирует с западной цивилизацией. К сожалению пока не выработаны эффективные механизмы в этой модели, но понятно, что в основе должна находится успешная социализация исламской молодежи, ее интеграция в западное общество и продуктивный диалог с радикальными течениями ислама на базе исламских общественных религиозных организаций (политика просвещения).

Заключение
 
 
Материал, рассмотренный в работе, показывает, что в основе взаимодействия ислама с Западным миром лежит соотнесение и взаимное признание духовных ценностей друг-друга. Проблема восприятия исламом западных либеральных ценностей, как основа интеграции мусульман в Западный мир, объясняется неверным толкованием ключевых положений ислама в западной традиции. В тоже время ислам, акцентирует внимание на пороках Западного мира, игнорируя прогресс и свободы, которые несет миру эта цивилизация.
 
Существенные отличия проявляются в соотношении общества и личности, если исламская модель взаимоотношений государства, общества и личности имеет в качестве отправной точки общность, то западная цивилизации поддерживает высшую ценность личности и ее прав и свобод.
 
В исламе заложен потенциал для восприятия западных ценностей, однако, прямое копирование опыта стран Европы или Америке не возможно. Необходима, гибкая форма взаимодействия западных ценностей с исламом, с учетом исламской традиции и истории. Ислам, являясь религией, легко адаптирующейся в мире политического, довольно быстро встраивается в западную структуру общества. Более того, он усваивает основные элементы и механизмы взаимодействия в этом обществе. К таким механизмам, безусловно, можно отнести и деятельность групп интересов. Выживая в новой, во многом чуждой среде, ислам не только приспосабливается к ней, но и изменяет в свою пользу.
 
Можно сделать вывод, что исламская культура и общество имеют возможности для совмещения с западными традициями, потому существует возможность для интеграции мусульман в Западный мир. Необходимо искать пути оптимизации подобной интеграции, корректировать действующие модели. 
В современном Западном мире, ислам очень активно и успешно распространяется.
 
Причины успешного распространения ислама в Западном мире определяются несколькими ключевыми причинами:
 
Во-первых, из-за особенностей ислама, которые присущи только ему. В отличие от других монотеистических религий, в том числе и христианства, ислам является наиболее цельной религией. Цельность эта состоит в том, что в исламе нет деления на духовное и светское. Таким образом, ислам представляет собой нерасторжимое единство веры, государственно-правовых установлений и определенных форм культуры. А поэтому соединение ислама и частной жизни является органичным.
 
Во-вторых, такие государства, как Великобритания и Франция еще совсем недавно выступали в роли метрополий по отношению ко многим странам исламского мира. Поэтому желание самых разных слоев населения бывших колоний попасть в развитую страну (в большинстве случаев в бывшую метрополию) является более чем понятным.
 
В разных частях Западного мира распространение ислама имеет неодинаковые следствия. В Европе, которая принимает мощные поток мигрантов из исламского мира, процесс исламизации многих государств уже не обратим. Агрессивные меры националистов, направленные против ислама только усугубляют ситуацию, и осложняют межконфессиональный диалог. В Северной Америке удается американизировать основную массу мусульман, за счет чего сдерживается распространение и влияние ислама на общественную и политическую жизнь  страны.
 
Распространение ислама в Западном мире следует признать объективным процессом. Мощный миграционный поток из исламских стран, способствовал увеличению доли мусульман среди населения большинства стран Западного мира. Распространению ислама способствовал духовный кризис западной цивилизации, снижение религиозности и конфликт с христианской церковью. Ислам, несомненно, имеет свои сильные стороны. В первую очередь, это наличие четкой и внятной идеологии, нравственных ориентиров, системы ценностей, которая противостоит современной западной системе ценностей. С другой стороны, отторжение мусульманами чужих ценностей происходит параллельно с осознанием неизбежности адаптации к ним как условия успешного развития. Актуализировалась проблема ислама в Западном мире, в следствии неудачной политики мультикультуризма, в результате которой стали формироваться замкнутые, слабо интегрированные в западное общество мусульманские общины («гетто»). В этой среде часто происходила их радикализация, которая является защитным механизмом от давления иной культуры.
 
Отношения между мусульманским миром и Западом переживают кризис. Большинство европейцев и американцев воспринимают потенциал ислама как некую угрозу, которую, в конце концов, при наличии современной технологии все-таки удастся отвести. Однако происходящее в мусульманском сообществе, эволюция его отношений с остальным миром скорее напоминает мощный цивилизационный сдвиг.
 
Существуют механизмы оптимизации взаимодействия ислама и Западного мира. Строиться подобный контакт должен только на базе взаимовыгодного и уважительного диалога. Перспективной следует признать модель «евроисламизации», т.е. интеграция ислама в западное общество, восприятие базовых либеральных ценностей, при сохранении исламской идентичности. В настоящее время «евроислам» находится в кризисе. Для его активизации необходимы новые форму взаимодействия. В основе таких форм, должна находиться успешная социализация исламской молодежи, интеграция ислама в западное общество и продуктивный диалог с радикальными течениями ислама на базе исламских общественных религиозных организаций.
 

Список литературы
 
1. Дискуссия о религиозно-культурном многообразии: немецкие католики о возможности диалога с исламом // Россия реформирующаяся. Ежегодник / Отв. Ред. М.К. Горшков. - Вып.6. - М.: Институт социологии РАН, 2007.
2. Долгополова С. Европа в объятьях ислама // Политический ислам. №3. 2007. С.17-25
3. Иваненко А. Ислам в Европе: наш ответ Хантингтону [Электронный документ] http://www.islam.ru/pressclub/analitika/reply/
4. Излученко Т.В. Евроислам: направления и проблемы в начале XXI в. //Молодежь и наука XXI века. Материалы X всероссийской научно-практической конференции студентов, аспирантов и молодых ученых, посвященной 85-летию со дня рождения В.П. Астафьева и 100-летию со дня рождения Л.В. Киренского. Красноярск, 28-29 мая 2009 г. В 2 томах. Т. 1. Красноярск: 2009. - 389 с. - С. 159-163.
5. Исламский закон и демократия совместимы. Опрос общественного мнения Gallup. августа - октябрь 2007 г. [Электронный документ] http://www.islamnews.ru/news-3919.html
6. Коран // Перевод: И.Ю.Крачковский/ HarryFan SF&F Laboratory: FIDO 2:463/2.5.- 2000.
7. Кортунов С.В. Исламский экстремизм и политика России. // «Мировая политика». М. Издательский дом ГУ-ВШЭ, 2007, с. 246-260
8. Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008.
9. Лоуренс Д. Как совладать с транснациональным исламом: мусульмане и государство в Западной Европе // ПРОГНОЗИС. № 1. 2007.С. 187
10. Малашенко А. Ислам: последнее предупреждение Западу // Pro et Contra. Том 8.  N° 3.  2004. С. 85
11. Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 212-218
12. Мчедлова М.М, Роль религии в современном обществе // Социологические исследования, № 12, Декабрь 2009, C. 77-84
13. Пайпс Д. Демократический ислам?/ пер. с анг А. Курицкий. //Jerusalem Post.-17.04. 2008.
14. Повразнюк К.В. Проблема интеграции мусульман в европейское общество. СПб., 2007;
15. Пинюгина Е.В. Мусульманское меньшинство как вызов современному европейскому государству (обзор актуальных исследований // Политическая наука: Сб.науч.тр. / Редкол.: Е.Ю.Мелешкина и др. – М.: ИНИОН РАН, 2010. - № 1
16. Почта Ю.М. Политический ислам в контексте глобализации и роста фундаменталистских движений религиозного и светского характера в начале ХХI века // Мир Ислама (Pax Islamica)  2, 2009. С.159-166.
17. Почта Ю.М. Фундаментализм: угроза или спасение? // Социальное: истоки, структурные профили, современные вызовы /Под общ. ред. П.К.Гречко, Е.М.Курмелевой. - Москва: РОССПЭН, 2009.- C.360-376 (в соавт. с И.А.Мальковской)
18. Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
19. Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6.Вып. 1.2010.
20. Семедов С. А. Ислам в политике: идеология и практика М.: Экон-Информ, 2009.
21. Умара М. Ислам и теократическая власть/ пер. Кузнецов А.И.- Аванта, 2008.
22. Хантингтон С. Столкновение цивилизаций.- М.: ООО «Издательство АСТ», 2003.
23. Ханиф, Сюзанн Что должен знать каждый об Исламе и мусульманах.- Ансар Фаундейшн.: Киев,-2004.
24. Noel O’ Sullivan. Difference and the Concept of the Political in Contemporary Political Philosophy // Political Studies. 2007. № 4.
 

 
[1] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций.- М.: ООО «Издательство АСТ», 2003.С.82
[2] См. Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008
[3] См. Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008
[4] Джон Л. Эспозито, Джон О. Волл Ислам демократии не помеха//United Press International.- USA, 3/07/2004.
[5] Noel O’ Sullivan. Difference and the Concept of the Political in Contemporary Political Philosophy // Political Studies. 2007. № 4. P. 754
[6] Там же.
[7] Там же. Р. 760.
[8] Цит по: Аркун, Мохаммед Ислам и демократия. Какая демократия? Какой ислам?//Отечественные записки, №6, 2003. С.46.
[9] Почта Ю.М. Политический ислам в контексте глобализации и роста фундаменталистских движений религиозного и светского характера в начале ХХI века // Мир Ислама (Pax Islamica)  2, 2009. С.166.
[10] Семедов С. А. Ислам в политике: идеология и практика М.: Экон-Информ, 2009. С.59
[11] Там же
[12] Там же С. 60
[13] Ханиф, Сюзанн Что должен знать каждый об Исламе и мусульманах.- Ансар Фаундейшн.: Киев,-2004. С. 144-145
[14] Там же С. 145
[15] Исламский закон и демократия совместимы. Опрос общественного мнения Gallup. августа - октябрь 2007 г. [Электронный документ] http://www.islamnews.ru/news-3919.html
[16] Семедов С. А. Ислам в политике: идеология и практика М.: Экон-Информ, 2009. С.78.
[17] Цит по: Семедов С. А. Ислам в политике: идеология и практика М.: Экон-Информ, 2009. С.80
[18] См. Умара М. Ислам и теократическая власть/ пер. Кузнецов А.И.- Аванта, 2008.
[19] Пайпс Д. Демократический ислам?/ пер. с анг А. Курицкий. //Jerusalem Post.-17.04. 2008.
[20] См. Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008.
[21] Малашенко А. Ислам: последнее предупреждение Западу // Pro et Contra. Том 8.  N° 3.  2004. С. 85
[22] Пинюгина Е.В. Мусульманское меньшинство как вызов современному европейскому государству (обзор актуальных исследований // Политическая наука: Сб.науч.тр. / Редкол.: Е.Ю.Мелешкина и др. – М.: ИНИОН РАН, 2010. - № 1
[23] Махмутов Т.А. Интересы мусульманских общин в Европе / Т.А. Махмутов // Востоковедный сборник (выпуск пятый). – М., 2003. – С. 3–10.
[24] Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
[25] Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
[26] Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
[27]Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
[28] Малашенко А. Ислам: последнее предупреждение Западу // Pro et Contra. Том 8.  N° 3.  2004. С. 85
[29] Долгополова С. Европа в объятьях ислама // Политический ислам. №3. 2007. С.17-25
[30] Долгополова С. Европа в объятьях ислама // Политический ислам. №3. 2007. С.17-25
[31] Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6.Вып. 1.2010.
[32] Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 212-218
[33] Мультикультурализм, глобализация, толерантность // Толерантность и интолерантность в современном обществе: Дискриминация: Материалы международной научно-практической конференции «Толерантность и интолерантность в современном обществе: Дискриминация 2007» / Под науч.ред. И.Л.Первовой. СПб.,2007
[34] Долгополова С. Европа в объятьях ислама // Политический ислам. №3. 2007. С.17
[35] Долгополова С. Европа в объятьях ислама // Политический ислам. №3. 2007. С.18
[36] Реальность распространения Ислама на Западе. Факты и тревоги. № 287-288 - http://al-wayi.blogspot.com/2011/06/287-288_7084.html
[37] Повразнюк К.В. Проблема интеграции мусульман в европейское общество. СПб., 2007.С,49
[38] Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2010. Серия 6.Вып. 1.
[39] Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008.с. 54.
[40] Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. 2010. Серия 6.Вып. 1.
[41] Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 212-218
[42] Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6.Вып. 1.2010.
[43] Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 212-218
[44] Костылев П. Н. Концепция «Европейского халифата»: аналитическая записка. - М., 2008.
[45] Кортунов С.В. Исламский экстремизм и политика России. // «Мировая политика». М. Издательский дом ГУ-ВШЭ, 2007, с. 255
[46] Цит по: Излученко Т.В. Евроислам: направления и проблемы в начале XXI в. //Молодежь и наука XXI века.- Красноярск, 28-29 мая 2009 г. В 2 томах. Т. 1. Красноярск: 2009. - С. 161.
[47] Малашенко А. Демократия: посреди ислама //Ведомости 19.01.2004, № 6 (1046)
[48] Повразнюк К.В. Проблема интеграции мусульман в европейское общество. СПб., 2007. С.94
[49] Пинюгина Е.В. Мусульманское меньшинство как вызов современному европейскому государству (обзор актуальных исследований // Политическая наука: Сб.науч.тр. / Редкол.: Е.Ю.Мелешкина и др. – М.: ИНИОН РАН, 2010. - № 1
[50] Повразнюк К.В. Проблема интеграции мусульман в европейское общество. СПб., 2007
[51] Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 212-218
[52] Пинюгина Е.В. Мусульманское меньшинство как вызов современному европейскому государству (обзор актуальных исследований // Политическая наука: Сб.науч.тр. / Редкол.: Е.Ю.Мелешкина и др. – М.: ИНИОН РАН, 2010. - № 1
[53] Лоуренс Д. Как совладать с транснациональным исламом: мусульмане и государство в Западной Европе // ПРОГНОЗИС. № 1. 2007.С. 187
[54] Сахарова В.В. Мультикультурализм и проблемы интеграции мигрантов // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 6.Вып. 1.2010.
[55] Михайлов С.В. Ислам и Западная Европа: тенденции и их интерпретация // Полития. №4 (47). 2007. С. 216

 
< Пред.   След. >
 



Книги

«Радикальный субъект и его дубль»

Эволюция парадигмальных оснований науки

Сетевые войны: угроза нового поколения