Ссылки

Фонд Питирима Сорокина Социологический факультет МГУ им. М.В. Ломоносова Геополитика Арктогея Русская Вещь Евразийское движение


ЦКИ в Твиттере ЦКИ в Живом Журнале 
Элита в России не обладает исторической легитимностью Версия для печати Отправить на e-mail
24.10.2008

Выступление члена Общественной палаты, телеведущего Первого канала Максима Шевченко на круглом столе "Элиты в современной России".
 

Хочу отметить, что я давно не слышал дискуссии такой насыщенности, настолько актуальной. Счастлив, что участвую в этом обсуждении. Проблемы подняты острые, проблемы поставлены правильно. Хотя надо признать, что  обсуждение этих проблем всегда вовремя и всегда  слегка с запозданием. Почему?  Элита как  понятие не может относиться к будущему. Элита – это то, что уже  есть в наличие, она села своей плотной задницей на стул, который  дерзает называть власть, страна…  И ни за что  не хочет оттуда сползать. Проблема современной России в том, что ни один тип элиты, из всех, кто  называет себя элитой в России, не обладает в полной мере исторической легитимностью. Говоря об элитах, я говорю о «так называемых элитах», и  это уточнение  я прошу  держать в уме перед каждым упоминанием мною слова элита по отношению к современному состоянию общества, сколько бы там Ципко и другие не кричали  в восторге от того, что у нас сформировалась элита.  Ее нет. В России понимание элиты и ее самопонимание осуществляется  через разного типа владения, обладания. Допустим, через владение процедурой. Бюрократия владеет процедурой – правом подписи и правом печати, правом разрешения и правом запрета. Поэтому бюрократия говорит: я – элита. Или обладание собственностью  на Рублевке. Владеешь на Рублевке домами, или владеешь  как Лисин или Мордашев металлургическими заводами – значит  элита. Заводами, пароходами, газетами, как Ремчуков  – без сомнения  элита…  Чем больше в твоем обладании, тем более ты элита. У тебя два рубля – ты не элита. А  22 миллиона и клуб «Челси»  - ты уже как бы и элита. Может быть владение силовым ресурсом, что тоже делает в России человека элитой. Какой-нибудь генерал МВД,  которого даже допрашивать не надо для того, чтобы его посадить, потому что ясно, что он – палач, убийца и коррупционер, он – элита, потому что у него есть подразделения ОМОНа. ОПОНа, ОБНОНа и так далее, силы, которые он может использовать  в случае чего.  Нет общепринятого  закона. Есть мифологическая Конституция, написанная,  как мы знаем, Олегом Румянцевым  и Виктором Шейнисом за две недели или за месяц, Они, конечно, люди не глупые, даже  достойные в чем-то. Но нет общественных договоров в стране. И поэтому элита в современной России самоназванная. Это элита владения.

Может быть, можно говорить о какой-то элите реформ. Это люди, которые, как говорил Сергей Кургинян, «продают воздух»,  продают страну, продают процесс. Может быть, это - элита процесса, типа Чубайса, Гайдара. Это люди, принадлежность к элите   которых оправдывается  благодаря тому, что приезжает какой-нибудь представитель Международного валютного фонда или Всемирного банка и говорит: вот с этим человеком мы будем иметь дело, он является нашим переговорщиком. А в наших глазах они стали  элитой. Якобы они представляют мировое правительство, а значит, как бы просвещенную  часть человечества.  Третьяков  рассказывал, что  в свое время Хакамада, которая тогда еще была в силе, была вице-премьером,  говорила: наша задача войти сейчас в мировое правительство. Там, дескать,  России предлагают несколько мест. Третьяков не поверил своим ушам, спрашивает: Ира, а, собственно говоря, о  каких портфелях в этом правительстве  идет речь? Она  серьезно  ему отвечает:  ну как? понятно о каких. Мы можем получить портфель по хранению и переработке отходов химического и ядерного производства. Это очень дорогостоящая вещь. Это вовсе не свалка. Деньги, которые можно получить от этого, сравнимы, я думаю, с совокупным доходом  добычи нефти, потому что это на самом деле очень дорогая вещь. И второе, говорит, это мы можем возглавить  борьбу с инфекционными заболеваниями. Заметьте, что примерно эти «перспективы» обсуждались на  «восьмерке», которая была в прошлом году или в позапрошлом, я уже не помню. Там Россия как раз представляла эти пункты. Это еще один тип элиты.

Но  элиты, связанной с народом, в России просто нет.  Более того, я даже дерзну сказать так, что ты оформляешься как элита только в том случае, если ты публично заявляешь о своей исключительности и оторванности от народа. Не буду уподобляться Льву Толстому, и описывать какие-то процедуры прохода Пьера через черные коридоры с целованием черепа и преломлением шпаги. Но такое ощущение, что ты должен как-то отречься от своей связи с народом, со страной, присягнуть одному их типов принадлежности к процедуре, собственности, силовому ресурсу, чтобы стать элитой. Если ты этого не делаешь, ты как бы и не элита, а не понятно, что такое.

Поставим вопрос так. Вот Александр Андреевич Проханов в моем сознании -это элита. Этот человек не изменяет своей позиции. Он на протяжении десятилетий демонстрирует абсолютно элитарное сознание, не входя в эти мировые элиты. Но он не считается элитой для тех, кто сам себя к элите причисляет.  И это существенный момент для понимания  психологии этих людей. Они  абсолютно чужие стране, независимо от того, какую должность они занимают, в какую партию вступают, какие слова говорят. Не понятно, на какой основе легитимности они владеют страной и говорят о государстве. Давайте поймем, что они имеют в виду под словом государство и государственность?  Они имеют счета в  банках за границей,  имеют по три-четыре паспорта:  помимо русского паспорта есть еще паспорта оффшорных стран. Они мыслят совершенно определенными категориями. Вот статья Ходорковского  в британском  «Экономисте». Мои человеческие симпатии на стороне Михаила Борисовича, находящегося в зоне. Это такая солженицынская традиция, тюрьма должна менять человека. И как же  он описывает Россию? А  как пространство между Китаем и Европой.  Даже находясь  в жесткой  ситуации,  из зоны он пишет статью, где говорит: мы должны обеспечить эффективный транзит. Наша задача добиться, чтобы в России  был порядок, демократия… для чего?  А чтобы был хороший европейский транзит.

Страна и народ  нужны любой из этих элит только для того, чтобы так или иначе поддерживать их существование. Но для какого-то типа, допустим для нефтяных магнатов, страна не нужна, народ тоже. Им нужно обеспечить пути транзита и какое-то минимальное население в секторах добычи. Силовикам нужно, чтобы была какая-то крупная или мелкая торговля, с которой можно получать мзду. Бюрократам, чиновникам – тоже надо, чтобы существовало нечто, что давало бы возможность  подпитываться. Какая-то человеческая нефть! Все качают, все хотят качать. Реально в стране нет элиты,  что является  для страны если  не приговором, то очень тревожным диагнозом. А отсутствие контрэлиты выводит Россию за рамки того прекрасного слова «модернизация», которое является самым существенным в том, о чем мы говорим сегодня.

Все описанные мною типы элит к модернизации никакого отношения не имеют. Я бы их назвал не элитами, а просто паразитическим слоем населения. У них  нет той  легитимности, какая была у царя. Кстати, насколько характерна ситуация февраля 17-го года. Почему матросы перекололи адмиралов и офицеров балтийского флота в Крондштате?  Казалось бы, это их боевые товарищи, боевые командиры. Для  народа они все равно были господами. А царь  по-другому понимался.  Я сразу оговорюсь, что никакого восстановления монархи не возможно. Я в это абсолютно не верю. И любой монархический проект в России будет носить характер постмодернистский, либеральный и поставит Россию в тяжелое зависимое, колониальное  положение по отношению, ну, не знаю,  к Ганноверской династии, допустим.    Уже примеряли для российской короны Майкла Кентского. Я, кстати, уверен, что те, кто его примерял,  не пережили бы десяти лет. После прихода сюда реального ганноверского принца, они бы сели в тюрьмы, а может быть, были ли убиты. Они просто не понимают, с какой мировой силой  связываются, призывая сюда потомков Виндзоров.

Таким образом, отсутствие контрэлиты сужают творческие возможности  исторических сил (я ввел бы такое понятие) для народов, которые могли бы сплотиться в проекте модернизации. Здесь надо коснуться проблемы Кавказа. Я не  только  решительный противник отделения  Северного Кавказа, но и сторонник восстановления, присоединения к России среднеазиатских регионов. И не потому, что на этих территориях есть нефть и газ, алмазы. Это все равно никому из нас не достанется. Когда мы  говорим, «мы  качаем нефть», то надо понимать, что «мы» - это  15 человек, которые получают прибыль  с этого занятия и пять тысяч тех, кто получает зарплату на обеспечении этого процесса. А мы тут  ни при чем. Отделение Средней Азии было одним из самых трагических последствий распада Советского Союза по другой причине. Десятки миллионов людей. которые были огромным ресурсом модернизации, для которых Россия,  русская культура, не российская,  а русская культура была вектором социализации, вектором поднятия социального уровня, жизненного уровня, все эти люди оказались отброшены в запредельное  пространство времени, которое я,  не желая никого оскорбить, феодализмом называть не буду. Таджики, узбеки, киргизы, казахи –  там же деградация социальная,  интеллектуальная,  научная. Там полная трейболизация, номенклатуризация и все, что с этим связано.

Мне представляется, что любые силы, которые ведут борьбу против  номенклатуры в любых видах - в виде номенклатуры,  владения процедурой, собственностью и правом на использование  ресурсов - являются залогом создания перспективы  контрэлитной модернизации. Россия  в силу разности культур,  которая существует на этническом, национальном, религиозном уровне, является мировым котлом модернизации. Это ее историческое призвание. Вне этого призвания она теряет свою сущность. Россия является котлом, если угодно, большевизма, потому что большевизм является естественной реакцией народа на абсолютно бесчинное, бессовестное господство февраля и февральских элит. Без монархии, без царства рождается большевизм. Это закон России, в котором я абсолютно уверен. Народы России не будут терпеть февраль, он разрушителен для страны.

Должен оговориться, что  я сейчас не вижу  сил, которые смогли бы сформировать такой проект. Я вижу разрозненные искорки в консервативном движении. Современные левые больше похожи, к сожалению, на шутов гороховых,  повторяют слова, смысл которых не  понимают.

Мне представляется, что рождение нового типа народного проекта, который станет  контрэлитным проектом в России – это вопрос ближайшего десятилетия. С  другой стороны,  если страна распадется, а вероятность этого велика, благодаря действиям так называемых  элит, надеющихся, что они создадут свои  ООО Россель,  ООО Тулеев, ООО там, не знаю, Зязиков… Может быть, просто мы не успеем, и все распадется раньше, чем возникнет единый модернизационный контрэлитный проект, новый большевизм.

Ситуация настолько тяжела, что помимо этой радикальной формы, уже ничего не возможно. Я, например, считаю, что откол Украины, которая всегда была основой народного движения,  давала человеческий материал для борьбы народа за свои права… Махновщина, в частности. Махновщина, украинское крестьянство… Не потому что я Шевченко. Но сколько украинцы дали крови, человеческого материала в формирование политических систем. Я  всегда говорю этим тупым несчастным людям, которые теперь сидят и не знают, что делать со своими золотыми цепями  на шее, «Лендкрузерами», огромными домами в Крыму и борщами в золотых кастрюлях, что это не мы потеряли Украину. Это они потеряли Сибирь, Дальний Восток, Среднюю Азию, Кавказ. Они потеряли все это. Стали маргинальной, никому не нужной, вымирающей страной с  национальным орнаментом. Что-то  среднее между Чехией и, ну, не знаю, Словакией, например.

Мне кажется, что элиты в России будут формироваться через формирование  контрэлит. А эти все нынешние… Их природа была описана еще Троцким. Я извиняюсь, в тех его бессмертных работах, где он в 30-е годы предсказал все, что будет. Он  написал еще в 36-37 гг., о генезисе сталинской элиты, предсказал, что она сначала предаст народ, потом  партию, потом  страну, которой она клянется, и потом просто перейдет к такому безвременному существованию за счет сговора с  мировым империализмом. Все диагнозы, поставленные Троцким, оказались верны.

Вопрос в том, когда эта опротивевшая  даже своим западным партнерам так называемая элита номенклатуры, наконец, сойдет с арены истории?  Если этого не произойдет, то давайте тогда сразу лучше места на кладбище заказывать… Гибель России, гибель русского проекта для меня лично равносильны физической смерти. Для меня это одно и то же. Спасибо.

 
< Пред.
 



Книги

«Радикальный субъект и его дубль»

Эволюция парадигмальных оснований науки

Сетевые войны: угроза нового поколения